Баннеры

 

 

 

 

Мир и мы 

Кто разыграет иранский гамбит?-2

05 августа 2010

Ведущий (А. Синицын, главный редактор NET-FAX - NET-ФАКС): 

- Западные СМИ, многочисленные эксперты и аналитики все активнее разыгрывают карту арабского неприятия иранской ядерной программы, с выполнением которой Иран превратится в «регионального гегемона». Более того, арабская обеспокоенность Израилем уступает место  тревогам в отношении ядерного Ирана. Таким образом, якобы возникает невозможное прежде единство взглядов арабов и израильтян на иранскую угрозу. Совсем недавно немецкий журнал Spiegel, ссылаясь на представителей западных разведок, доказывал, будто Саудовская Аравия уже настолько далеко зашла в своей неприязни к Тегерану, что Эр-Рияд готов открыть свое воздушное пространство для израильских военных самолетов.  

Уверенно говорить о неком  арабо-израильском союзе решаются немногие. Но можем ли мы ввести речь о никем не объявленном, неинституцированном альянсе общего понимания иранской угрозы?

Аль-Сахеб Осама, эксперт по проблемам мировой энергетики. (Сирия, США):

- Кто бы стал отрицать, что ирано-арабские отношения как в общем контексте, так и в двухстороннем контакте с отдельными странами, никогда не отличались особой доверительностью? Причины тому - религиозные шиитско-суннитские разногласия, этнические проблемы персов и арабов, территориальные споры, уходящие корнями вглубь истории. Но в современном мире к ним добавились и сугубо политические. Более того, Исламская Республика уже заняла некое привилегированное положение в мусульманском мире, на Ближнем и Среднем Востоке, что, естественно, не вызывает понимания у многих мусульманских лидеров. Да и сам президент Ахмадинеджад не раз заявлял, что некоторые арабские государства «решили стать на сторону Запада против Ирана в вопросе об иранской ядерной программе, забыв, что на самом деле главным врагом арабского мира является сионистский режим».

Поэтому я не отрицаю, что в каких-то политических сферах обсуждался и «саудовский маршрут» израильского рейда на Иран. Более того, прозападные арабские политологи уверяют нас, что с учетом шиитских анклавов - юга Ирака, ливанской Хезболлы, части Бахрейна и востока Саудовской Аравии, включая Йемен, ядерный Иран установит региональную гегемонию и возьмет под свой контроль почти 2/3 мировых запасов нефти. Это категорически неприемлемо ни для монархий Персидского залива, ни для самих американцев. У меня вопрос - почему обладающий ядерным оружием Китай не берет под контроль непокорный Тайвань, а Россия - единственно привлекательный на Среднем Востоке Казахстан? Просто потому, что большая политика - это не компьютерная игра в «стрелялки».

Однако Иран может действительно использовать «шиитский фактор» в том случае, если США решатся на удар по Ирану. Шиитское большинство Ирака, фактически, узурпирующее власть в этой стране, но далеко не единое в своих целях, вынуждено будет занять непримиримую позицию по отношению к своему политическому патрону - США. Прав наш военный эксперт генерал Александр Васяк, когда предрекает наиболее серьезные потери американцев среди их контингента в Ираке. Те, кого американцы обучают, т.е. новые вооруженные силы Ирака, повернут оружие против них же. А есть еще и шиитские незаконные вооруженные формирования, которые объединятся против американцев, если те рискнут атаковать Иран.

Ну, а что касается арабских государств, то надо понимать, что любые их действия невозможны без учета позиции т.н. «суннитской улицы», т.е. неискушенного в политических интригах народа. Так вот, «суннитская улица» однозначно поддерживает Иран и его лидера президента Ахмадиниджата. Его имидж «борца за мусульманскую свободу» не подлежит никакой коррекции в глазах миллионов и миллионов мусульман. Может ли американский  президент игнорировать все факторы, играющие против военного разрешения «иранской ядерной проблемы»? Или он согласится с тем, что последствия новой войны непредсказуемы, однако бомбить надо в любом случае?

Здравый смысл подсказывает, что президент Обама вполне способен взвесить все плюсы и минусы возможной американской военной компании, чтобы понять: плюсы - нечто призрачное и преходящее. В конце концов, его предшественник помпезно объявлял, что миссия в Ираке победоносно выполнена. Но ошибся - минусов оказалось значительно больше. Стоит ли продуцировать их неимоверное количество новой войной с  непросчитанными, смутными и опасными перспективами?

Ведущий:  - Политическая риторика Соединенных Штатов становится все более агрессивной по отношению к Ирану. Но, как утверждают коллеги из американского «Time» - «Американский генералитет,  и сам президент Обама, считают военную операцию, которая втянет Америку в третью войну с исламским миром, опрометчивым шагом. Слишком тяжкими будут ее потенциальные последствия, и слишком сомнительна вероятность того, что такой удар помешает Ирану в итоге обзавестись ядерным оружием. Правовых оснований для нее тоже нет. Совет безопасности ООН не даст санкции на военные действия против Ирана, если тот не нападет на другую страну или, по крайней мере, не попытается это сделать». Добавим, НАТО - одностороннюю военную акцию против Ирана не поддержит. Россия и Китай, посчитав себя обманутыми президентом Обамой, вряд ли ограничатся только осуждением американского военного демарша. Тогда зачем американцы готовят на своей политической кухне блюдо, которое они явно не смогут ни сами съесть, ни навязать другим?

Елена Касумова, доцент кафедры политологии Академии Госуправления при президенте Азербайджанской Республики

- Кажется, лорд Честерфилд в своих письмах к сыну советует не всегда есть те блюда, что выставлены на стол. Особенно, если не знаешь, как с ними управиться. Добавим, если они сварены на политической кухне, где царит единственный принцип - все что здесь готовится предназначено не для внешнего, а для внутреннего пользователя. То есть, американского избирателя, от которого зависят итоги ноябрьских промежуточных выборов в законодательные органы США.

У президента Обамы и демократической партии сейчас самые трудные времена. Его реформы - здравоохранения, финансов, пересмотр политических ориентиров - с трудом воспринимаются обществом. Это естественно. Продвижение любой реформы реализуется по «реактивному принципу» - сначала откат, чтобы продвинуться вперед. Учтем также неблагоприятный фон - экономический кризис, катастрофа в Мексиканском заливе, распадающаяся афганская кампания и, не в последнюю очередь, переоценка ценностей, которую должны пережить американцы - их страна не выдерживает бремя «единственной сверхдержавы». В таких условиях надо показать себя «твердым политиком» и искать пути взаимодействия с республиканцами, которые набирают популярность на фоне общественной растерянности.

Есть у президента Обамы любимое детище -  договор о разоружении СНВ, заключенный с Россией и который, по его мнению, является краеугольным камнем явно преждевременного плана по уничтожению атомного оружия. Что ж, тогда президенту придется заручиться поддержкой, если так можно сказать, сверх-сверхбольшинства сенаторов - ему нужно шестьдесят семь голосов, то есть, по меньшей мере, восемь голосов республиканцев - чтобы ратифицировать данный договор. Пока ничего не получается. Ратификация этого документа уже отложена до середины сентября. Но ведь поиски консенсуса с республиканцами тоже прекращать нельзя. А поле для него найти нелегко.

Когда-то президент Джон Кеннеди, являющийся политическим маяком нынешнего хозяина Овального кабинета, сказал: «Когда я вступил в должность президента, больше всего меня поразило то, что дела действительно были так плохи, как мы утверждали». Президенту Обаме досталось плохое наследство - две бесперспективные войны, запутанные отношения с союзниками, набирающие силу оппоненты и стремительное падение внешнеполитического рейтинга собственного государства. Но если сказанное относится к наследству политическому, от которого Обама пытается откреститься, то существует и наследство идеологическое - вера в мессианскую роль Америки. От этой идеологемы не уйти. Президент Буш во второй своей инаугурационной речи сказал: «Политикой Соединенных Штатов станет стремление и поддержка усиления демократических движений и институтов в каждой стране и каждой культуре мира с конечной целью - покончить с тиранией на земле». В своей Нобелевской речи президент Обама, фактически, повторил то же самое. А это значит, что любой компромисс с республиканцами и их мощным электоратом может происходить только в формате продвижения американского мессианства и, следовательно, поисков нового «глобального» врага.

Ну, а кто может претендовать на роль такого врага, как ни Иран Ахмадиниджата - неспокойный, амбициозный, но неспособный поразить саму Америку? Однако сказанное, вовсе не означает, что удар по Ирану - неизбежен. Сегодня  президент Обама не собирается отказываться от своей роли миротворца и, наверное, он, куда лучше своих политических оппонентов, понимает всю непредсказуемость этой войны. Вероятно, он не изменит свою позицию и «завтра», которое наступит в канун новых президентских выборов в США. А вот заглядывать в «послезавтра», наверное, просто невозможно.

Аналитический отдел

NET-FAX - NET-ФАКС